Президент США Дональд Трамп в интервью The New York Times порассуждал о войне в Украине и назвал единственное преимущество Владимира Зеленского в переговорах с РФ. По мнению главы Белого дома, это он сам.
Трамп заявил, что «разочарован» отсутствием договоренности по Украине, несмотря на его ожидания добиться соглашения сначала к Дню благодарения, а затем к Рождеству. При этом он по-прежнему считает возможным достижение сделки, выражая уверенность, что в случае подписания мирного соглашения РФ не пойдет на повторное вторжение в Украину.
По мнению политика, без его участия мирное соглашение не имело бы никаких шансов на реализацию, а Россия к настоящему моменту, «уже захватила бы всю Украину», поскольку это соответствовало ее изначальным намерениям. Он также заявил, что знакомил Владимира Путина с так называемым 20-пунктным планом урегулирования и считает, что президент РФ в принципе заинтересован в заключении сделки.
При этом Трамп пожаловался, что переговорный процесс неоднократно заходил в тупик из-за позиции обеих сторон:
«У меня бывали ситуации, когда я уже почти договорился с Путиным, а Зеленский отказывался — и это меня удивляло. А бывало и наоборот. Сейчас, думаю, оба хотят сделки. Но посмотрим», — добавил он.
Комментируя заявления из Кремля о якобы атаке беспилотников ВСУ на резиденцию Путина, президент США признался, что не знает, «правда это или нет»:
«Он (Путин. — Прим. ред.) сказал мне, что его резиденция подверглась атаке — а мне бы это очень не понравилось. Но доказательств мы не нашли».
Особое внимание Трамп уделил переговорам с Киевом. Он напомнил, что еще ранее говорил президенту Украины Владимиру Зеленскому, что у него «нет карт», — по его мнению, ситуация с тех пор не изменилась.
«У него (Зеленского. — Прим. ред.) не было карт с самого первого дня, и сейчас нет. У него есть только одно [преимущество] — Дональд Трамп. Если бы у него не было Дональда Трампа, была бы полная катастрофа. Он это знает, европейские лидеры это знают — все это знают», — заявил президент США.
«Мы делаем все, что можем. У меня нет конкретного графика. Я просто хочу, чтобы война закончилась. Если бы я не был вовлечен, все это могло бы перерасти в третью мировую войну. Все шло очень, очень плохо. Теперь этого не будет», — добавил он.
