Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Пели не на русском языке, на сцене был сын. Минск заполонила российская эстрада — что (не) понравилось беларусам
  2. Проблема с яйцами от комбината «Дзержинский» хуже, чем может казаться. Насколько на самом деле опасна такая плесень
  3. В Минобороны рассказали, когда сбивают беспилотники, которые залетают в Беларусь «с одной противоборствующей стороны и с другой»
  4. На месте престижного ЖК в Минске еще недавно была колония, а раньше — лагерь НКВД и место нацистских расстрелов. Рассказываем
  5. «Любовью никогда не займешься и дочки у тебя никогда не будет». Врач скорой травит блогерку с инвалидностью
  6. Рекордный с начала года объем торгов по доллару: каким будет курс во второй половине ноября? Прогноз по валютам
  7. На Земле впервые словили верхнюю часть ракеты, вернувшуюся на стартовую площадку из космоса
  8. ВСУ нанесли удар по Крымскому мосту. Атакованы также нефтебаза и газовая станция в Ростовской области РФ, власти сообщают о пострадавших
  9. Соболенко прокомментировала скандал с ее матерной фразой после проигрыша украинке
  10. За использование лазерной указки можно получить «вплоть до 15 лет» колонии. В МВД перечислили статьи
  11. Три вида рака, которыми чаще всего заболевают беларусы, — Минздрав
  12. «Для гроба такая скорость». Что известно о молодой паре, разбившейся в смертельном ДТП в Стародорожском районе
  13. Лукашенко отправил руководить проблемной Витебской областью человека «системного, с военным характером»
  14. «Соседи тоже не поддержали — их слова и насмешки были как гвозди в сердце». Монолог жены политзаключенного


Devby поговорил с беларусскими айтишниками и их детьми об образе будущего и роли образования.

Иллюстративный снимок. Фото: Pexels.com
Иллюстративный снимок. Фото: Pexels.com

«Важно научить детей учиться, тогда они точно не пропадут»

Владимир (имена всех собеседников изменены), архитектор, CTO:

— Я шучу, что в ИТ пришел с улицы: мое детство пришлось на 80–90-е — ключ на шею и до 22.00 только меня и видели. В какой-то момент связался с дурной (а вернее, шебутной) компанией. Мы что-то там утворили, маму пару раз вызвали в школу, и она решила, что меня нужно как-то отвлечь — занять чем-то, чтобы на улицу не стремился.

Сосед дядя Костя был программистом, у них дома был компьютер — сосед его сам собрал из экрана и магнитофона. Мама пожаловалась его жене, тете Тане, и дядя Костя припер мне откуда-то «Байт» и книжку по BASIC.

Дальше меня на улицу уже выгоняли тычками: «Пойди хоть полчаса пройдись — глотни свежего воздуха, все сидишь…»

После школы я поступил в БГУИР. Вопрос выбора даже не стоял, что называется, куда мог пройти — туда и пошел. Из предметов мне лучше всего давались физика и математика, денег на репетиторов у родителей не было — так что я пошел в техвуз. Ну и не прогадал.

На последних курсах начал работать — работу подкидывал мой руководитель диплома. Потом устроился в одну фирму по его протекции: мы делали проекты для немецкой компании. Спустя какое-то время я поехал в командировку в Германию, там посмотрели на мою работу — и сказали: «А давай к нам». Так я на несколько лет переехал в Мюнхен.

Мог остаться там навсегда, но вернулся — в Беларуси вовсю развивалось ИТ. Было куда пойти — EPAM, Itransition, Wargaming. И деньги предлагали хорошие: я в Минске зажил лучше, чем в Мюнхене, и при этом постоянно путешествовал по Европе. Мы с женой построили дом в пригороде, детей отдали в хорошую гимназию.

Сейчас я работаю на фрилансе: да, с работой везде туго, но с моим опытом и немецким C2 найти проект — не проблема. Меня передают по «сарафанному радио». В найме я себя уже не вижу.

Воспитанием детей у нас занимается жена. Она же принимает решения, какие кружки и секции посещать. Нашей старшей дочке сейчас 15 — она в девятом классе, сын на полтора года младше. Из занятий у них — бассейн дважды в неделю и зал. Год назад дочь закончила музыкальную школу, сын еще учится: жена говорит, когда ребенок играет на пианино или гитаре, его мозг работает в режиме перегрузки, сравнимой с полномасштабным коротким замыканием в хорошем смысле. Занятия музыкой развивают у детей память, усидчивость, концентрацию и способность обрабатывать огромные массивы информации.

В школе дети делают упор на точные науки — они им лучше даются. Для следующего года дочь рассматривает профили химбио и физмат. Ну и языки, само собой, дети учат с малолетства — английский и немецкий. Мне кажется, этого достаточно для того, чтобы найти себя в будущем, какую бы профессию ни выбрали дети. А еще я считаю, что важно научить их учиться (и мне кажется, нам это удалось), тогда они точно не пропадут.

Оля (15 лет), 9-й класс: «Я бы не хотела получать 300 долларов, занимаясь любимым делом»

— Я еще не определилась с будущей профессией — до поступления 2,5 года, а это значит, что у меня полгода-год в запасе.

Учу углубленно химию, физику и математику. Последние два предмета нужны, чтобы поступить на инженерную специальность, а химия в тандеме с биологией необходима для поступления в медицинский (я рассматриваю только стоматологию) или на биоинженерию и биоинформатику.

Для меня важно, чтобы моя работа хорошо оплачивалась — я бы не хотела получать 300 долларов, занимаясь любимым делом. Я понимаю, что оно очень скоро превратилось бы в каторгу. Я думаю, что скорее я готова делать то, что изучала и что у меня неплохо получается (пусть даже это не мое хобби), по 8 часов в день, а в 18.00 закрывать ноутбук (или дверь офиса) и жить свою жизнь.

Что я думаю по поводу ИИ? Я не уверена, что он заберет работу у всех. Будут еще те, кто разрабатывает и совершенствует сам ИИ, кто работает с ним, проверяет за ним. И еще я ведь не закрываю для себя вариант со стоматологией — стоматологов ИИ еще долго не заменит.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Ivan Samkov, pexels.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Ivan Samkov, pexels.com

«Машинка не заменит швею, ее заменит другая швея, которая не побоится освоить машинку»

Евгений, разработчик, тимлид:

— У меня интересная судьба: мои родители — выпускники ФПМИ БГУ. Отец работал программистом еще 40+ лет назад, а я ходил к нему на работу и играл там с перфокартами.

Но в 90-х работы не стало — отец взял у дедушки машину и стал ездить в Польшу, продавал там будильники, сковородки, мясорубки… Позже открыл «точку» на рынке в Ждановичах и возил товар из Турции и Китая. Мама помогала.

Мне папа всегда говорил: математика — настоящая наука, а остальные — так… И настаивал, что мне нужно идти на ФПМИ или мехмат БГУ. Но я не представлял, кем я стану. У нас в школе была пара ребят-олимпиадников по математике. Так вот у них был план: закончить ФПМИ — и перебраться в США. Других вариантов для программистов в то время просто не было.

Я уезжать не хотел. Я хотел жить в Беларуси и учиться на юрфаке — самом модном на тот момент факультете. Отец хоть и был против моего выбора, но репетиторов оплачивал — я поступил.

Отучившись, устроился в небольшую фирму юристом, потом в другую. Какое-то время работал, но всегда хотел большего — не только больше перспектив, но и денег. Друзья, которые работали в EPAM, говорили: «У тебя такие мозги — тебе нужно в ИТ, а не вот это вот все». Я записался на курсы тестировщиков в Образовательный центр ПВТ — а спустя три месяца пришел в лабу EPAM и в этой компании остался.

Я очень благодарен EPAM: за несколько лет я переучился на разработчика — и здорово вырос. Меня «с руками отрывали» рекрутеры (даже не верится, что было такое время). Отец лишь улыбался: «Ну а я что тебе говорил». Ему было приятно, что я все-таки пришел в ИТ.

Моей дочке Алисе сейчас 17 лет. У нее, как и у всех в нашей семье, способности к точным наукам. И она смотрит в сторону ФПМИ (но говорит, если баллов не хватит, будет рассматривать также мехмат БГУ и некоторые специальности в БГУИР). Дедушка поддерживает.

Я не отговариваю, хотя понимаю, что времена сейчас тяжелые у программистов, ИИ с каждым днем умеет все больше.

А с другой стороны, ИИ — лишь инструмент. Отговаривать кого-то выбирать профессию лишь потому, что появился новый инструмент, глупо. Это как сказать швее: «Не учись шить на машинке, она тебя заменит — иди лучше в поломойки, там машинок нет пока». Нет, швейная машинка не заменит швею, ее заменит другая швея — с машинкой.

Из того, что вообще умеет Алиса: она хорошо говорит по-английски, у нее всегда были репетиторы. Рисует, танцует (это, мне кажется, базовое «девочковое» — она сама выбирала в детстве такие кружки). Увлеклась готовкой — ходила на курсы. После решила, что ей нужно освоить нейл-арт — накупила инструментов, лампу, училась на курсах. Сейчас время от времени делает ногти подругам и шутит, что самую трендовую профессию, если что, получила.

Алиса (17 лет), 11-й класс: «Я и так всю свою жизнь учусь, пока это не выглядит для меня чем-то ужасным»

— Я думала над тем, кем хочу стать. Не врачом — так как я очень эмпатичная, когда я вижу у кого-то хоть каплю крови, мне самой становится физически плохо. Не учителем — потому что это «не мое» (я пробовала заменять учителя на днях самоуправления в школе, это было ужасно). И уж точно не филологом и не юристом.

Я понимаю про себя, что решать задачи по физике и математике мне нравится куда больше, чем зубрить биологию или историю. И отталкиваюсь больше от предметов, чем от самой профессии. В ИТ много специальностей — там не только разработчики, но также BA, CA, Data-аналитики, продуктовые менеджеры… Со временем я найду то, что мне понравится. А математическое образование не будет лишним, ведь это дает качественно иное мышление, которое пригодится в любой профессии.

Папа говорит, что мне придется постоянно учиться, пока работаю, и, возможно, сменить профессию — а то и не раз. Я всю свою жизнь только и делаю, что учусь, так что пока это не выглядит для меня чем-то ужасным.

Читайте также на Devby:

Беларусский разработчик в Амстердаме рассказывает, почему ИИ замедляет разработку

«Откуда взялась ваша цифра?» Рекрутер рассказывает, как договориться о зп, когда бюджет говорит нет

«Все здесь одержимы краткосрочными бизнес-целями». Разработчик Microsoft о минусах бигтеха